«Пропадите вы пропадом!» |

Журналисты «ОК» уже не раз посвящали материалы таким «священным коровам» нашего общества, как образование и медицина. Прикасаться к этим темам, по мнению самих «коров», запрещается. Взять ту же медицину. Нам, журналистам, часто говорят, что при проведении своих расследований мы не можем адекватно судить о случившемся, потому что не являемся специалистами в данной области

«Пропадите вы пропадом!»
Журналисты «ОК» уже не раз посвящали материалы таким «священным коровам» нашего общества, как образование и медицина. Прикасаться к этим темам, по мнению самих «коров», запрещается. Взять ту же медицину. Нам, журналистам, часто говорят, что при проведении своих расследований мы не можем адекватно судить о случившемся, потому что не являемся специалистами в данной области. Но не нужно быть хирургом, психиатром или эндокринологом, чтобы донести до читателя конкретную историю, определённую проблему, о которых нам сообщают люди. Так, на днях в редакцию обратилась озерчанка Галина Савельева, которая рассказала о том, насколько унизительной может стать борьба за спасение близкого человека, если в этой ситуации сталкиваешься с непрофессионализмом, хамством и безразличием медицинских работников. Сделать выводы предлагаю вам самим, уважаемые читатели. От себя лишь добавлю, что это довольно типичная история, от которой никто из нас не застрахован.

Беда

Случай произошёл накануне Нового года. Вечером 30 декабря дочь Галины — Анна — пошла проведать своего деда, 80-летнего Евгения Савельева. Как рассказала Галина, родственника они навещали ежедневно. При этом пенсионер предпочитал всё делать своими руками. «Дед наш был очень самостоятельным и никогда не жаловался. Даже когда ребро сломал, нам ничего не сказал. Мы об этом и не знали долгое время. Он хоть и жил отдельно — мы живём в соседних домах — всё равно переживал, что будто бы доставляет нам лишние хлопоты», — рассказывает Галина. Все соседи любили и знали Евгения Николаевича как человека порядочного, спокойного и работящего. О том, что в этот день ему стало плохо, выяснилось только вечером. Анна прибежала домой в слезах, сообщив родителям, что деду плохо и горлом идёт кровь. Супруги вызвали «скорую». Пара молодых медиков, прибывших на место уже через 15 минут, предложила срочно отправить больного в стационар, но Савельев настойчиво просил подождать утра и не хотел ехать в больницу на ночь глядя. Как говорит Галина, ей ничего не оставалось, как подписать отказ от госпитализации. Медики поставили укол кровоостанавливающего препарата и уехали, сказав, чтобы в случае ухудшения самочувствия больного Савельевы сразу же звонили в «03».

Мытарства

Следующим утром Галина с супругом зашли к Евгению Николаевичу. Как всегда, он ни на что не жаловался, но его состояние не улучшилось. Галина снова вызвала «скорую», хотя у неё и были нехорошие предчувствия по поводу того, что 31 декабря есть большая вероятность остаться без квалифицированной врачебной помощи.

Врач «Скорой помощи» Ольга Спирина, прибывшая тем утром по вызову, по словам Галины, необходимости для госпитализации после осмотра пациента не усмотрела. «Она сказала, что у деда не работает правое лёгкое, и, возможно, это рак. Я стала возмущаться: почему вчера врачи были готовы положить деда в стационар, а сегодня нам отказывают. Что изменилось за ночь? Кровь-то идёт, и надо что-то делать! Почему вы не хотите его брать? Потому что праздник, или потому что вам в отделении за такого «клиента» попадёт?» После неловкой паузы им предложили поехать в больницу. Правда, Спирина, по словам Савельевой, отправила больного не в стационар, а на приём к терапевту Альбине Шульженко, чтобы она сама приняла решение о госпитализации.

«Врач его осмотрела, послушала, сама за карточкой сбегала… Главное, что она нас сразу обнадёжила, по-человечески сказала, что его положат в терапевтическое отделение и там выяснят, что с ним», — рассказывает Галина. После того как больному сделали рентген, врач Урал Туйчурин поставил диагноз, который очень удивил Савельевых: туберкулез лёгкого в открытой форме, распад лёгкого. Дело в том, что в последнее время Евгений Николаевич страдал от остеомиелита и неоднократно проходил лечение в стационарах Озёрской и Коломенской ЦРБ. Галина уверена, что если свёкор действительно был болен такой опасной болезнью, как туберкулёз, то её бы диагностировали ещё при обследовании перед поступлением в больницу. Более того, т. к. остеомиелит может развиться именно на фоне туберкулёза, врачи держали или должны были держать этот вопрос под особым контролем. Так или иначе, доктор Туйчурин поставил диагноз и направил пациента в противотуберкулёзный диспансер в Коломне. Пока Савельевы дожидались «скорую» — а ждать пришлось больше часа — старику становилось всё хуже. На момент отправки в Коломну он уже с трудом мог сидеть. «Столько времени зря мытарили деда по кабинетам. Может быть, и не нужно было это всё, да кто же знал, чем всё кончится?» — вздыхает Савельева.

По словам Галины, в диспансере им сообщили, что туберкулёза у пациента нет, а тёмное пятно на снимке, которое в Озёрской ЦРБ приняли за туберкулёз, — скорее всего застарелая травма лёгкого, полученная в результате перелома ребра. Через несколько дней это предположение было подтверждёно и в нашей больнице, но уже не врачом, а патологоанатомом.

Попытка №2

Потратив на дорогу и обследование несколько часов драгоценного времени, Савельевы были вынуждены вернуться в Озёрскую ЦРБ. Рассказывая о том, что происходило дальше, Галина сразу призналась, что сорвалась на докторе Туйчурине, который и направил их в тубдиспансер: «Назвала его «на ты», сказала, что его диагноз — это бред, и ругалась матом». И это неудивительно. Если простой поход в поликлинику порой заканчивается нервотрёпкой, то что уж говорить о ситуации, когда у родного человека идёт кровь горлом, он на глазах слабеет, а вас «футболят»? Возможно, врач понимал, что Галина находится в состоянии аффекта, поэтому в ответ не сказал ничего обидного. Впрочем, как уверяет Галина, доктор Урал Туйчурин вообще старался не разговаривать: «Он сидел и молчал, уткнулся в свои бумаги, на меня даже не смотрел», — разводит руками Галина. Она заверила, что на все её доводы в пользу того, что Евгению Николаевичу требуется срочная медицинская помощь, получала один ответ — у Савельева туберкулёз, он опасен для окружающих, поэтому в стационар его не примут. Повторюсь, что больной вернулся из коломенского противотуберкулёзного диспансера, где этот диагноз опровергли. И в таком случае не нужно быть медиком, достаточно заглянуть в медицинский справочник, чтобы узнать, что тёмно-коричневые кровяные выделения изо рта — тревожный симптом. Кровотечение может быть вызвано язвами желудка. В любом случае это требует незамедлительной госпитализации в отделение хирургии или хотя бы терапии. Однако, по словам собеседницы, доктор Туйчурин направил «скандальную» компанию вместе со стариком в инфекционное отделение.

Взяв деда под руки — с одной стороны сын, с другой Анин друг, приехавший помочь — они отправились в другой корпус.

В «инфекции», как рассказывает Галина, их встретила старшая медсестра Людмила Рассаднева, которая, ознакомившись с картой больного, заявила, что это не её пациент. Савельевы стали спорить, ведь это не их прихоть, а направление врача, но встретились с непониманием.

«Сначала санитарки на нас стали орать, что мы, мол, деда таскаем по больницам, мучаем. А Рассаднева глаза прищурила и говорит: а что это вы 31 декабря решили сюда его привезти? Вы что, хотите от деда отделаться на праздники?» — тут Галина замолкает, пытаясь подобрать нужные слова… Как поспоришь с такими аргументами?

По словам Галины, после спора на повышенных тонах пожилого человека согласились принять, но с одним условием, что кто-то из родственников должен постоянно дежурить в его палате. В этот день Галина работала в котельной на суточном дежурстве. Отпроситься с работы на весь день не было возможности, поэтому она несколько раз отлучалась, чтобы помочь супругу добиться госпитализации больного свёкра. Остаться на ночь, как говорит Галина, не было возможности ни у мужа, ни у дочери, т. к. они работали даже в праздник. По её словам, из этого медсестра сделала вывод, что Савельевы просто хотят избавиться от старика.

Как утверждает Галина Савельева, медсестра Людмила Рассаднева сказала, что близко не подойдёт к старику, даже если он будет кровью захлёбываться и умирать. «Хотите — сидите сами», — предложили Савельевым.

Нервы у Галины не выдержали, и она с мужем устроила там скандал. Просили, кричали, ругались, настаивали, требовали… Но все вопросы: «У вас у самих старики есть? Что же вы делаете!?» — оставались без ответа. Сотрудники «инфекции» вызвали полицию, но больного деда так и не приняли. Поняв всю абсурдность и безысходность происходящего, супруги сдались: «Я поняла, что мы просто бьёмся головой об стену, и уже весь лоб расшибли, а толку нет!» Уходя, Михаил открыл дверь пинком, а Галина напоследок добавила ещё несколько крепких словечек…

Точка

В конце концов Савельевы опустили руки: «Нас «отфутболивали» везде, и мы поехали домой. Дед уже совсем плохой стал к вечеру». Семь часов хождений по кабинетам, ожиданий и нервотрёпки, поездка в Коломну и обратно закончились ничем. Утром следующего дня Евгения Николаевича не стало.

Он умер дома, у себя в постели. Рядом с ним были близкие, которые, судя по всему, сделали всё от них зависящее. И, может быть, это лучше, чем уйти из жизни в месте, где ты никому не нужен. Не мне судить, но это более достойный финал, пусть и после унизительных обиваний больничных порогов. Вот только как понять такое отношение медиков к подобным случаям? Могут ли они вообще называться и работать врачами, если позволяют себе такое отношение к больным и к старости? И почему, если человеку 80 лет, то ему однозначно дают понять, что со всеми своими проблемами он может катиться на все четыре стороны?

По этому поводу Галина Савельева поделилась убеждением: «По-моему, чем младше по должности медперсонал, тем они больше позволяют себе грубости и наглости. Во врачах я такого не заметила, они не позволяют себе хамить и гонять по коридорам своих пациентов».

А ещё Галина очень просила отметить, что она не обвиняет больницу и тем более весь персонал. Это частный случай и конкретные люди. Она рассказала, что в Озёрской ЦРБ есть очень хорошие врачи: «Мне они спасли жизнь — выходили и поставили на ноги после серьёзной болезни. Я благодарна этим людям». Но Евгению Николаевичу повезло меньше.

Вскрытие тела Савельева показало наличие двух язв в желудке. Вероятнее всего, они и стали причиной смерти, и тёмно-коричневая кровь изо рта говорит в пользу этой версии. Также подтвердилось то, что туберкулёза у больного не было, а затемнение на лёгком, как и предположили доктора противотуберкулёзного диспансера — застаревшая травма после перелома ребра.

В заключение своего рассказа Галина добавила, что её пожилая мать отговаривала её идти в редакцию, опасаясь мести со стороны некоторых медработников — всё-таки семья Савельевых живёт в Озёрах и посещает ЦРБ. Но у неё всё-таки хватило смелости прийти и рассказать эту историю со всеми подробностями.

С другой стороны

Я обещал не давать оценок, поэтому изложу суть разговоров и обозначу вопросы, которые я задал работникам ЦРБ после общения с Галиной. Врач «Скорой помощи» Ольга Спирина сначала сказала, что причин для госпитализации не было, отметив, что правое лёгкое пациента не функционировало, следовательно, бо- лезнь слишком запущена. Но на вопрос о том, как можно ставить на человеке крест, не проведя никаких анализов и обследований, Ольга Ивановна заверила, что госпитализировать пациента не отказывалась, а даже напротив, уговаривала его поехать в больницу. Однако при этом направила человека с кровотечением не в стационар, а на приём к терапевту. Кроме того, Спирина ничего не сказала о возможной язве желудка, на которую указывали многие симптомы.

Старшая медсестра инфекционного отделения Людмила Рассаднева сказала, что они были готовы принять пациента, несмотря на то, что он вернулся из коломенского тубдиспансера с диагнозом «Туберкулёз под вопросом», и такие больные действительно не должны лежать в «инфекции». Однако, как заверила сотрудница коломенского тубдиспансера, если бы у поступившего к ним пациента был диагностирован туберкулёз, его бы оставили в диспансере.

Рассаднева просила отметить, что родственники «даже не удосужились забрать бумаги» после того как учинили скандал и сломали дверь, из-за чего им пришлось вызывать полицию и плотника. О том, что Савельев скончался следующим утром после этого случая, медсестра не знала. Напоследок Людмила Игоревна любезно согласилась зачитать последнюю запись, сделанную доктором Туйчуриным в карте больного: «Состояние удовлетворительное». Дальнейшие комментарии, думаю, излишни.


Текст: Иван Железнов
iz@ozery-krai.ru

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Весь список

Возврат к списку



comments powered by HyperComments

Новости

Политика

Общество

Происшествия

Спорт

Интересное в сети





Важные новости



Актуальные новости

Сообщения на форуме


Детально - третий - заглушка

comments powered by HyperComments

Доска объявлений

Озёры на Facebook

Озеры в ВКонтакте

Озеры на Одноклассниках

AlfaSystems massmedia K3FN2SA